Высок ли у России потенциал наращивания государственных заимствований?

Финансовые и страховые услуги 23 ноября 2016

Фото: © AndreyPopov / Bigstockphoto

Из-за ограниченного доступа к международному рынку капитала у правительства нет больших возможностей для урегулирования бюджетных проблем за счет наращивания долга.

В 2016 году Россия впервые за долгое время прибегла к крупным заимствованиям на финансовых рынках. В мае Минфин разместил 10-летние облигации на $1,75 млрд c доходностью 4,75%. Правительство рассчитывало занять $3 млрд, однако этому помешала позиция ФРС США, которая рекомендовала инвестиционным банкам не участвовать в размещении из-за опасений того, что одолженные средства пойдут на поддержку находящихся под санкциями компаний.

Формально спрос на долговые бумаги был обеспечен преимущественно иностранцами ($1,3 млрд из $1,75 млрд приобрели инвесторы из стран ЕС, Северной Америки и Азии), фактически ими могли быть российские инвесторы, действовавшие от имени зарубежных юридических лиц. Косвенно на это указывает то, что в книге заявок на приобретение бумаг вплоть до третьего дня их размещения иностранцев практически не было - первые два дня могли использоваться отечественными инвесторами для перевода средств за рубеж, полагают аналитики IndexBox.

Сложности с размещением бумаг стали свидетельством того, что в результате санкций международный рынок капитала оказался менее доступным не только для отечественных банков и компаний, но и России как суверенного заемщика. И в этом нет катастрофы, полагают эксперты IndexBox: у правительства будет меньше соблазнов использовать заимствования для покрытия дефицита, а потому риск долгового кризиса будет ниже.

Три предыдущих кризиса - 1991, 1998 и 2008 гг. - были связаны с наращиванием либо государственного, либо корпоративного долга, напоминают аналитики IndexBox. Столкнувшись с бюджетными трудностями в середине 1980-х, Советский Союз стал увеличивать заимствования: за 1985-1991 гг. дефицит бюджета СССР вырос с 1,7% до 30,9% ВВП, а его долг - с $28,5 млрд до $84 млрд. В результате Россия в наследство от Советского Союза получила большой внешний долг, урегулировать который удалось лишь в середине 2000-х.

Тяжелые последствия имело наращивание заимствований и в середине 1990-х, только теперь они осуществлялись на рынке ГКО. Их результатом оказался рост доли затрат на выплату процентов по долгам в расходах федерального бюджета - с 19,3% в 1995 году до 25,4% в 1996-м, 23,8% в 1997-м и более 30% в первой половине 1998 года. Итогом стал дефолт, из-за которого Россия на несколько лет полностью лишилась доступа к международному рынку капитала. Впрочем, в 1999-2006 гг. правительство сводило бюджет с ненефтегазовым профицитом, а потому в заимствованиях не нуждалось.

Зато потребность в кредитах испытывали корпоративные заемщики. За 2004-2008 гг. внешний долг российских банков и компаний вырос в пять с половиной раз - с $80 млрд до $448,2 млрд. Однако осенью 2008 года, с началом мирового финансового кризиса, они лишились возможности рефинансировать займы. Это привело к угрозе банковского кризиса, которую удалось минимизировать за счет помощи ЦБ: за август-декабрь 2008 года регулятор потратил $170,3 млрд на поддержку рубля (оценка НИФИ Минфина), что позволило банкам хеджировать валютные риски.

После кризиса 2008 года банки и компании вновь нарастили внешний долг - к июлю 2014 года он достиг $675,7 млрд. В условиях санкций корпоративные заемщики были вынуждены погашать займы за счет собственных средств, на что к январю 2016 года у них ушло $191,1 млрд. Это снизило их инвестиционные возможности. Правда, учитывая низкую эффективность капиталовложений госкомпаний (к примеру, в строительство замороженных газопроводов «Южный поток» и «Турецкий поток» было вложено 199,3 млрд руб.), это не самая большая беда: у них теперь меньше средств для экономически неоправданных проектов.

Сказанное относится и к государству как заемщику: при наличии неограниченного доступа к международному рынку капитала российское правительство бы приступило к быстрому наращиванию заимствования, которые бы шли, в том числе, на субсидии госкомпаниям. Бюджетной стабильности это бы не помогло (обеспечить ее может лишь пересмотр бюджетных приоритетов), тогда как Россия больше бы не относилась к числу стран с низким долгом: в 2015 году он составил лишь 13,5% ВВП, что меньше, чем, к примеру, у Германии (71,7% ВВП).

Разрешить бюджетный кризис за счет займов правительство сегодня даже не сможет попытаться, заключают аналитики IndexBox. Поэтому урегулировать проблемы с высоким долгом в будущем России не придется.